От «журналистики» до кампаний FIMI: санкции ЕС в отношении Дианы Панченко
Европейский Союз принял новый пакет санкций, направленных на противодействие продолжающимся гибридным угрозам со стороны России, включая манипулирование информацией и вмешательство из-за рубежа (FIMI) и вредоносную киберактивность, направленную против ЕС, его государств-членов и стран-партнеров. В последнем решении ЕС приведен список, в который входят двенадцать физических лиц и две организации, вовлечённые в проведение координированных кампаний по распространению дезинформации и связанные с пропагандистскими сетями и кибероперациями, преследующими государственные интересы России.
Включение в санкционные списки – лишь часть мер ЕС по борьбе с информационной войной как важнейшей составляющей современных конфликтов, наряду с военными, кибернетическими и экономическими инструментами. В рамках этого пакета под санкции попала Диана Панченко, журналистка украинского происхождения, которую ЕС считает прокремлёвской пропагандисткой.
Представление пропаганды как журналистики
Панченко создаёт и распространяет антиукраинские, пророссийские и антинатовские нарративы, которые точь-в-точь повторяют официальную риторику Кремля. Она представляет свою работу как «разоблачение коррупции», при этом её основной целью является украинское руководство и, в частности, президент Владимир Зеленский. В своих материалах она постоянно изображает украинские власти «нацистами», обвиняя их в предательстве собственного народа.
Главной особенностью её материалов является намеренное подражание профессиональным новостным передачам . Копируя визуальный стиль и тон тележурналистики, Панченко подаёт политическую пропаганду как достоверные репортажи. Эта тактика часто используется в современных операциях влияния, направленных на введение аудитории в заблуждение и легитимизацию ложных нарративов.
До начала своей медийной деятельности Панченко работала на телеканале «NewsOne», входящем в медиагруппу «Novyny», которая неофициально контролировалась украинским политиком Виктором Медведчуком. Медведчук является близким союзником Владимира Путина и играет центральную роль в создании прокремлевских медиа-операций, включая недавние попытки создать аналогичные СМИ за рубежом, например, в Сербии.
Контент с оккупированных территорий и его усиление онлайн
Панченко также создавала контент в оккупированных Россией районах Украины, в том числе в Мариуполе и Донецке. Украинские власти охарактеризовали этот материал как пропаганду с целью оправдать российские военные преступления. Роль Панченко в информационной войне стала ещё более очевидной, когда её контент транслировался на украинском телевидении во время российской кибератаки, которая нарушила нормальное вещание.
Помимо создания видео, Диана Панченко ведет активную деятельность в интернет-пространстве. Она ведет канал в Telegram с более чем 400 000 подписчиков, а также аккаунт в X (ранее Twitter) с около 148 000 подписчиков. В X она всё чаще ориентируется на англоязычную аудиторию, используя кликбейт-контент, технику скоординированного усиления и продвигая пророссийские аккаунты – тактики, которые обычно ассоциируются с операциями влияния, а не с независимой журналистикой.
Ответ Евросоюза на кампании FIMI
ЕС пришёл к выводу, что Панченко несёт ответственность за поддержку действий, приписываемых правительству Российской Федерации, которые подрывают безопасность и стабильность Украины посредством манипулирования информацией и вмешательства. Её включение в список является частью более широкого пакета санкций, направленных против тех, кто задействован в кампаниях FIMI, включая физические лица и структуры, участвующие в скоординированных кампаниях по распространению дезинформации, производстве пропаганды и гибридных операциях в интересах России.
После принятия решения о наложении санкций Панченко публично раскритиковала ЕС в социальных сетях, выставляя себя жертвой цензуры, и обратилась за поддержкой к Илону Маску. В своих постах она представила санкции как нападение на журналистику, а не как ответ на скоординированную дезинформационную деятельность.
Организации по защите свободы прессы и исследователи дезинформации не согласны с её мнением. Они подчеркивают, что эти меры направлены не против журналистики или политического инакомыслия, а против пропаганды в пользу конкретного государства и информационной войны, ведущейся в ходе продолжающегося военного конфликта.
Пример Дианы Панченко иллюстрирует, как современные операции влияния всё чаще реализуются через людей, которые позиционируют себя как независимые журналисты, но при этом активно распространяют авторитарные нарративы. Вводя санкции в отношении таких лиц, ЕС стремится повысить стоимость участия в недружественных информационных кампаниях и укрепить устойчивость к иностранному манипулированию публичным информационным пространством.
