Что мы узнали о FIMI после трех лет полномасштабной войны в Украине

Данная публикация не выражает официальную позицию ЕСВС. ЕСВС не может привлекаться к ответственности за какое-либо возможное использование информации, содержащейся в данной публикации.

Современный уровень экономической, политической и информационной глобализации создает огромные возможности для развития и прогресса. Он также создает благоприятные условия для влияния на эмоции, убеждения и поведение людей во всем мире благодаря почти неограниченному распространению информации. Авторитарные режимы, такие как Россия, используют информационные инструменты влияния так же, как манипулируют экономической зависимостью, энергетическими рычагами и другими ресурсами, чтобы нанести ущерб демократиям. Украина, ЕС и весь демократический мир вынуждены искать системные решения для эффективного противодействия враждебным информационным манипуляциям и вмешательствам извне (FIMI) в национальное и глобальное информационное пространство.

Враждебное влияние на информационное пространство — ключевой элемент агрессивной войны России против Украины. Украина подвергается самым агрессивным и масштабным информационным атакам, в рамках которых новейшие технологии FIMI проходят проверку в режиме реального времени. В то же время Украина обладает уникальным опытом борьбы с враждебным информационным влиянием, который может быть полезен другим демократическим государствам.

Эволюция тактик ведения информационной войны

Россия начала вмешиваться в информационное пространство Украины и пытаться дискредитировать ее на международном уровне задолго до начала вооруженной агрессии. Целью этих операций были внутренняя дестабилизация Украины, подрыв ее отношений с партнерами и изоляция на международной арене. В начале 2000-х годов так называемые «кольчужный» и «ракетный» скандалы негативно повлияли на международную репутацию Украины и ее отношения с США. Эти предполагаемые скандалы были неподтвержденными обвинениями, раздутыми Россией через дезинформационные кампании, о том, что Украина якобы продала системы радиолокационного наблюдения Ираку и ракетные двигатели Северной Корее.

Россия также систематически проводила дезинформационные кампании, направленные на дискредитацию усилий Украины по углублению сотрудничества с НАТО. Например, пророссийские политические силы организовывали протесты против военных учений на территории Украины.

Непосредственно до начала вооруженной агрессии России против Украины в 2014 году и после него российское вмешательство в информационное пространство стало значительно агрессивнее. Российские усилия были сосредоточены на распространении нарративов как в Украине, так и за ее пределами, в частности через заявления о «перевороте», «неонацистском киевском режиме», «гражданской войне», а также псевдоисторические и псевдоюридические обоснования оккупации Крыма Россией.

Подготовка к полномасштабному вторжению в 2022 году также включала информационную составляющую, направленную на оправдание претензий России к Украине и Западу, одновременно перекладывая ответственность за преступление агрессии на Киев. Ключевыми элементами этой подготовки были:

• активное распространение нарративов о «едином народе» и Украине как о «несостоявшемся государстве» (например, статья Путина «Об историческом единстве русских и украинцев»);

• заявления о том, что Украина является «террористическим государством» и угрозой мировой безопасности (в частности, голословные утверждения о разработке «грязной бомбы» и биологического оружия в «американских биолабораториях»);

• ультиматум Кремля НАТО в декабре 2021 года;

• попытки создать casus belli (повод для войны) через обвинения Украины в подготовке масштабного наступления на Донбассе, мобилизацию на оккупированных Россией территориях, инсценированные эвакуации мирных жителей в Россию, признание Кремлем псевдореспублик, а также срыв Минских соглашений.

«Информационный блицкриг»

Когда 24 февраля 2022 года Путин заявил о так называемой «специальной военной операции», он, очевидно, надеялся на молниеносную победу. Таким образом, информационная война и тактики FIMI на начальном этапе основывались на «информационном блицкриге», который предусматривал:

• флудинг информационного пространства «прогнозами» о быстрой победе («взять Киев за три дня»);

• распространение фейковых сообщений о захвате ключевых городов, массовой сдаче в плен украинских военных, а также преувеличение масштабов российских операций и присутствия диверсионных групп (например, заявления о высадке российских десантников в Одесской и Львовской областях);

• действия, направленные на дезориентацию и перегрузку Сил обороны Украины и экстренных служб, а также на провоцирование паники (например, фейковые сообщения о «диверсантах под видом медиков» или ложные вызовы на горячие линии экстренных служб);

• распространение фейковых новостей о капитуляции Киева, включая дипфейковые видео президента Зеленского.

В первые недели полномасштабной войны интенсивность российских информационных операций была чрезвычайно высокой, а основной платформой для информационного манипулирования стал Telegram. Россия создала десятки Telegram-каналов, названных в честь городов и регионов, которые она оккупировала или планировала захватить, где публиковались местные новости, смешанные с пропагандой и дезинформацией, замаскированной под слухи или «инсайдерские утечки». Кроме того, российские спецслужбы создавали клоны Telegram-каналов украинских высокопоставленных лиц, военных подразделений и других структур для ведения информационной войны.

Информационная окопная война и информационное истощение

В период с осени 2022 года до начала 2023 года произошел сдвиг в сторону «информационной окопной войны». Россия направила свои усилия в рамках FIMI на подрыв доверия граждан к украинским государственным институтам, спекулируя на таких вопросах, как перебои с электроснабжением из-за ракетных ударов по критической инфраструктуре, мобилизация и коррупция.

С конца 2023 года Россия начала активнее применять тактику, которую можно охарактеризовать как «информационное истощение». Эта стратегия предусматривает эмоциональное манипулирование с помощью контента, созданного искусственным интеллектом, активизацию ботов в социальных сетях, а также попытки погрузить граждан Украины в состояние постоянного стресса путем нагнетания страхов, связанных с войной, подрыва внутренней устойчивости и взаимного доверия, а также провоцирования ненависти и насилия.

Ключевыми инструментами этой стратегии являются:

• распространение контента о якобы нарушениях мобилизационных процедур и призывы к вооруженному сопротивлению мобилизации (например, фейковое сообщение в январе 2024 года об «убийстве военного комиссара в Харькове»);

• манипулирование темой коррупции (например, использование резонансных коррупционных скандалов в системе медицинского осмотра в Украине);

• дискредитация западных партнеров (например, манипулятивные нарративы о военной помощи, ее объемах и своевременности);

• ядерный шантаж (например, угрозы после применения ракеты «Орешник»).

Конечная цель российского FIMI — убедить как украинскую, так и международную аудиторию в бесполезности сопротивления Украины российской агрессии.

Ключевые нарративы

Главный метанарратив России относительно Украины заключается в том, что «Россия имеет законные права на Украину и лишь защищает их». Эту идею подкрепляют, среди прочих, сопутствующие нарративы о «едином народе», «естественной сфере влияния России», «несостоявшемся» украинском государстве. Столетия систематического распространения этого нарратива сделали его неотъемлемой частью российского мировоззрения и политической культуры. Кроме того, он существенно повлиял на международное восприятие региона и решения, которые принимали иностранные правительства.

Центр стратегических коммуникаций и информационной безопасности (CSCIS) осуществлял непрерывный мониторинг информационного пространства в течение полномасштабной войны и выявил, что ключевыми целями российских атак FIMI в Украине являются государственные институты и устойчивость украинского общества. В частности, Россия пытается дискредитировать институты и подорвать общественное доверие к ним и государству в целом, искусственно сегментировать и поляризовать украинское общество, а также создавать и обострять внутренние конфликты.

Конечная цель FIMI — погрузить украинское общество в состояние «войны всех против всех» и существенно подорвать эффективность государственных институтов. Достичь этой цели, в свою очередь, означает подтвердить российский нарратив об Украине как о «несостоявшемся государстве».

Информационные агентства распространяют этот нарратив как для иностранной аудитории, так и внутри самой России, чтобы оправдать агрессивную войну и подорвать международную поддержку Украины. Воздействуя на украинскую аудиторию, Россия использует те же нарративы с той же целью, однако часто избегает прямой формулировки «несостоявшееся государство».

Россия использует ограниченный набор ключевых нарративов, направленных как на украинскую, так и на международную аудиторию. Они в основном сосредоточены на лживых утверждениях об «украинском нацизме», «государственном перевороте 2014 года» и других заявлениях о «нелегитимности» украинской власти. Кроме того, распространяются голословные утверждения о якобы военных преступлениях украинской армии; о дискриминации и преследовании русскоязычного населения, православных верующих и так далее; о тотальной коррумпированности и криминальном характере украинского правительства; об искусственности украинской национальной и политической идентичности; а также о том, что население Украины якобы не поддерживает собственное государство.

Информационные агентства используют эти нарративы и их комбинации как для внутренней дестабилизации Украины, так и для дискредитации ее влияния и поддержки за рубежом.

Распространение дезинформации с помощью рекламных объявлений в Facebook

В 2024 году CSCIS совместно с Центром демократии и верховенства права (CEDEM) представил результаты совместного исследования о распространении деструктивных российских нарративов через рекламные объявления в Facebook. На основе анализа почти 600 рекламных объявлений, направленных на украинскую аудиторию и опубликованных в период с марта по ноябрь 2023 года, исследование определило 12 ключевых тематических категорий, в рамках которых распространялись эти нарративы.

Пять из этих 12 тематических направлений охватывали примерно 75 % общего объема рекламы. Этими темами были: «Фронт», «Запад», «Мобилизация», «Коррупция» и «Правительство». В рамках этих тем в рекламах распространялись следующие нарративы:

• «Украина несет огромные потери на фронте»;

• «Правительство решило воевать до последнего украинца»;

• «Командование Вооруженных Сил Украины некомпетентно»;

• «Не стоит воевать за коррумпированное правительство»;

• «Мобилизация — это гарантированная смерть»;

• «Запад наживается на войне»;

• «Правительство зарабатывает на войне».

Продвижение этих нарративов было направлено на формирование общественного мнения и влияние на поведение украинцев, а также на побуждение их к уклонению от мобилизации в Силы обороны Украины. Целью этих нарративов было использовать естественные страхи и сместить акцент с защиты Родины на «оборону коррумпированного правительства».

Фокус на коррупции

На самом деле коррупция является одной из ключевых тем, используемых в рамках FIMI, направленных против Украины. Нарратив об Украине как о «тотально коррумпированном» государстве или даже «самой коррумпированной стране в мире» является частью нарратива о «несостоявшемся государстве». Его продвижение направлено на подрыв доверия к государственным институтам, дискредитацию международной помощи Украине и влияние на поведение граждан, в частности в отношении мобилизации.

Исследование CSCIS 2024 года, проведенное на основе анализа более 130 000 сообщений, выявило следующие ключевые коррупционные нарративы:

• «Владимир Зеленский причастен к коррупции / покрывает коррупцию в своей администрации»;

• «Украина продает западное оружие»;

• «Украина проигрывает войну из-за коррупции»;

• «Украину и Запад объединяют коррупционные схемы».

Эти нарративы продолжают распространяться с помощью различных инструментов и методов, направленных на повышение доверия аудитории к манипулятивной информации.

Группа русскоязычных каналов, некоторые из которых связаны с российскими спецслужбами, а также ранее фигурировали в исследованиях по дезинформации и информационным атакам.

Экосистема FIMI

Исследование CSCIS выявило и проанализировало инструменты, используемые для распространения вредоносных нарративов, а также сети, формирующие экосистему информационного манипулирования.

Для достижения деструктивных целей используются следующие методы:

• псевдоукраинские ресурсы, включая клоны известных информационных агентств и официальных страниц публичных лиц; фейковые украинские платформы (в основном Telegram-каналы); псевдопатриотические страницы и группы в социальных сетях; а также анонимные ресурсы, профили и страницы малоизвестных блогеров;

• ботофермы и другие инструменты для координированного и синхронизированного распространения контента, включая идентичные публикации, а также комментарии в социальных сетях;

• российские ресурсы, включая федеральные и другие СМИ; Telegram-каналы, открыто демонстрирующие свое российское происхождение; а также страницы и профили прокремлевских блогеров.

Ключевыми действующими лицами в продвижении российских нарративов и информационного манипулирования являются:

• российские высокопоставленные чиновники (включая Владимира Путина), а также информационные ресурсы дипломатических миссий;

• официальные платформы российских властей, такие как сайты министерств, страницы в социальных сетях и контролируемые государством СМИ;

• международная система вещания России, включая RT и Sputnik.

Блокирование каналов российского телевидения с 2014 года и социальных сетей с 2017 года в Украине вынудило Россию искать альтернативные платформы для влияния на украинскую аудиторию. Это привело к росту активности в иностранных социальных сетях, таких как Facebook и Twitter. А с 2018 года Россия систематически развивает экосистему псевдоукраинских Telegram-каналов как на национальном, так и на региональном уровнях.

Сеть региональных и общенациональных Telegram-каналов, администрируемая пользователем A_MENEJER и его группой по приказу российских спецслужб.

Несмотря на санкции, блокирование российских международных вещательных каналов, а также ограничения доступа к сайтам на Западе, Россия продолжает оказывать влияние на иностранную аудиторию. Помимо собственной экосистемы ботов и российских/пророссийских профилей в X (Twitter), Facebook, Reddit, TikTok и других соцсетях, Кремль использует альтернативные онлайн-платформы. С 2023 года функционирует сеть веб-сайтов под названиями ZOV/Pravda. Сайты ZOV маскируются под региональные украинские информационные агентства, тогда как сеть Pravda распространяет российский контент на английском, французском, испанском и других европейских языках.

Кроме того, информационные агентства используют иностранные СМИ и блогеров для легитимизации дезинформационных кампаний. Например, фейковое утверждение о том, что Елена Зеленская приобрела ювелирные украшения Cartier за 1 миллион долларов, распространил нигерийский сайт The Nation, ссылаясь на почти пустой профиль в Instagram. Аналогично фейковую историю о том, что теща Зеленского владеет роскошной виллой, распространил египетский блогер Мохамед Аль-Алави.

Еще одним методом является создание фейковых новостных сайтов, которые имитируют или даже копируют существующие или уже неактивные СМИ для проведения информационных атак. Например, чтобы распространить ложное утверждение о том, что Елена Зеленская приобрела автомобиль Bugatti, был зарегистрирован сайт Verite Cachee France в доменной зоне .fr. Так же фейковую историю о том, что Владимир Зеленский якобы купил церемониальный автомобиль Гитлера, опубликовали на сомнительном веб-сайте Seattle Tribune.

Дезинформационные кампании основаны не только на фейковых новостях, но и на реальных событиях, которые искажаются для поддержки манипулятивных нарративов. Ключевые тактики включают использование манипулятивной лексики и вводящих в заблуждение обобщений, выборочное освещение фактов, манипуляцию их последовательностью, а также создание ложных причинно-следственных связей. Такие сообщения часто апеллируют к эмоциям аудитории, ссылаясь на так называемых «экспертов» и ненадежные источники. Даже реальные события, такие как раскрытие коррупционных схем или задержание подозреваемых, используются для продвижения российского нарратива о «вездесущей коррупции» в Украине.

Как Украина адаптировалась к информационным угрозам

Во время войны Украина мобилизовала ресурсы для противодействия российской агрессии, включая информационные угрозы, используя как собственный опыт, так и поддержку партнеров.

Методы Украины по противодействию FIMI направлены на повышение эффективности за счет изменения подхода к информационным угрозам. Регулирование медиапространства на законодательном уровне, санкции против российских СМИ и социальных сетей, опровержение ложной информации, а также популяризация медиаграмотности являются важными, но недостаточными мерами в нынешних условиях. Это связано с тем, что вредоносное воздействие осуществляется не только через фейковые новости и откровенную дезинформацию, но и через правдивую информацию, используемую для манипуляции общественным мнением.

В целом реакция Украины на информационные угрозы включает в себя участие государства, гражданского общества, СМИ и отдельных граждан, которые не являются частью институционализированных инициатив. Среди государственных субъектов ключевыми институтами являются:

• Министерство культуры и стратегических коммуникаций, а также подчиненный ему Центр стратегических коммуникаций и информационной безопасности (CSCIS);

• Министерство обороны Украины, Вооруженные Силы Украины (ВСУ), а также их коммуникационные подразделения;

• Совет национальной безопасности и обороны (СНБО) и его Центр противодействия дезинформации (ЦПД);

• Национальный совет Украины по вопросам телевидения и радиовещания;

• силовые структуры, в частности Служба безопасности Украины (СБУ), Главное управление разведки (ГУР), Служба внешней разведки и Государственная служба специальной связи.

Эти государственные институты разрабатывают и внедряют коммуникационную стратегию Украины, регулируют информационное пространство (например, блокируют российские ресурсы и вводят санкции), осуществляют мониторинг информационного пространства, выявляют и нейтрализуют угрозы, находят и привлекают к ответственности лиц, причастных к операциям FIMI, а также обеспечивают оперативное информирование общественности и опровержение дезинформации.

Гражданское общество и независимые СМИ играют критически важную роль в борьбе с дезинформацией. К ключевым действующим лицам относятся:

• организации, занимающиеся фактчекингом и OSINT-исследованиями (разведка из открытых источников), такие как StopFake, InformNapalm, Molfar и OSINT Bees;

• неправительственные организации и медианаблюдатели, в частности Институт массовой информации, Detector Media, а также Центр демократии и верховенства права;

• национальные и региональные СМИ, создающие оригинальный контент об информационных угрозах, а также предоставляющие информационную поддержку государственным мероприятиям и независимым инициативам.

Кроме того, украинские журналисты, блогеры и пользователи социальных сетей работают над нейтрализацией информационных угроз, противодействием российскому гибридному влиянию на международном уровне, а также защитой интересов Украины.
Международная поддержка играет ключевую роль в борьбе Украины с дезинформацией.

Европейский Союз предоставляет институциональную, организационную и финансовую поддержку через ряд программ, направленных на анализ и нейтрализацию угроз FIMI, укрепление стратегических коммуникаций, а также повышение уровня медиаграмотности и осведомленности общественности. Благодаря такому комплексному подходу Украина сумела адаптироваться и укрепить свою устойчивость в условиях непрерывной информационной войны.

FIMI как инструмент гибридной войны

Угроза информационных манипуляций и вмешательства извне (FIMI) выходит за пределы распространения ложной информации, а также фейковых новостей, большинство из которых можно относительно легко опровергнуть. Настоящая опасность заключается в навязывании деструктивных нарративов в общественное сознание. Эти нарративы особенно коварны, поскольку для их поддержки могут использоваться любые данные, включая правдивые факты, представленные выборочно или интерпретированные манипулятивно. В результате лица, принимающие эти нарративы, склонны доверять только той информации, которая соответствует их убеждениям, одновременно отвергая факты, которым они противоречат, независимо от их достоверности или намерений. Они также могут способствовать развитию предположений, вызывающих недоверие к государственным институтам, официальным источникам информации и даже к согражданам.

Длительная агрессия России против Украины не может рассматриваться отдельно от ее более широкой гибридной войны против стран НАТО и ЕС, которая включает информационные операции, активные мероприятия, саботаж и другие дестабилизирующие тактики. Рассматривать войну исключительно в контексте территориального конфликта — устаревший подход. Современная война заключается в контроле над реальностью путем навязывания нарративов, формирующих коллективное восприятие и поведение. Информационная безопасность — это один из важнейших и наиболее уязвимых элементов национальной безопасности. Для укрепления устойчивости общества усилия в сфере стратегических коммуникаций должны быть направлены на восстановление доверия к институтам, продвижение конструктивных и полезных нарративов, а также противодействие влиянию деструктивных информационных кампаний. В то же время демократические государства должны не только противодействовать существующим угрозам, но и предотвращать будущие, ограничивая доступ России и ее союзников к ресурсам, необходимым для ведения гибридной агрессии против демократий.